lugovskaya: (Default)
Неужели не будет того, что за мной,
Что сберечь я не в силах -
Только ветер прогорклый, восточный, чумной
Меж решёток унылых;

И морлоки, что вылезли из-под земли,
Всех под землю загонят;
И свобода останется в прошлом, вдали,
Ну а погань - на троне?

Давит горло брусчатки фальшивый парад.
Кости города ноют.
Рыжим солнцем октябрьские клёны горят -
Перед долгой зимою.

Стиш

Wednesday, 27 October 2004 14:17
lugovskaya: (Default)
...И не быть в стороне - из болота истории вновь выдираться:
Эти липкие топи, истлевшие стебли кромешно знакомы нам.
Вновь из зла и золы выбирать меж войною и ржавчиной рабства:
Металлический привкус, холодной тяжёлой тревоги оскомина.
Нет соломинок - только податливый сфагнум да сгнившие корни.
Сколько тех, кто - внизу, кто - застыл, захлебнувшись дремотой отравленной!
Мы цепляемся, ногти срывая. Мы злее, моложе, упорней.
Мы - изданье второе, репринт, корректурой кровавой исправлены.
lugovskaya: (Default)
Люди северо-восточного ветра
Узнаются в толпе -
Они точно знают, как выжить в давке
(Руки - в жёсткий замок вокруг рёбер,
Не прижиматься к ограждениям и стенам,
Ни в коем случае не падать);
Потом они будут оказывать
Первую медицинскую помощь,
А затем вторую и третью -
Не удивляйтесь, у них всегда с собой
Спирт, анальгетики, нитроглицерин;
Они сорвут ремень и перетянут рану,
А из сломанного бушевавшей людской стихией деревца
Получится вполне приличная шина
("Доставьте в больницу -
Хотя бы это вы можете?").

Люди северо-восточного ветра
Живут налегке в непрочном зыбком мире:
Нет фамильного фарфора и столового серебра
(Пластиковые тарелки, железная кружка,
Котелок, где крышка становится сковородкой,
Раскладной многоножка, выпускающий в мир
Щупальца-пилы, ножницы и отвёртки);
Нет многочасовых вычурных причёсок,
Расшитых бриллиантами вечерних платьев
И платиновых заколок к галстукам,
Равно как и сумочек от Версаче
(Волосы убраны в хвост, а чаще - коротко подстрижены,
Чтобы сложнее было схватить в драке,
И легче - пролезть между рядами колючей проволоки;
Куртка выбирается по непромокаемости,
Теплоизоляции и количеству карманов;
Свитер с большим, прилегающим к горлу воротом;
Обувь повышенной проходимости на толстой подошве;
Всё это неброских цветов:
Привлекающий излишнее внимание - потенциальная мишень;
А в альпинистский рюкзак-столитровку
Войдёт всё, что нужно в автономке,
Остальное будет безжалостно унесено
Северо-восточным ветром).

Люди северо-восточного ветра
Сидят у костра, задумчиво глядя в багрово-рыжий уют.
Передышка, короткий штиль, систола-диастола,
Утихомирившиеся кроны деревьев,
И можно поверить, что ты не просто нужен - любим.
Хотя бы на время выдоха.
Хоть кем-то.
До выстрела, до сминаемого металла,
До рушащихся зданий и скал -
Ну ведь может быть,
Да, хоть по статистике, по теории вероятности,
Потому, что очень хочется.
Горькая строчка, горячий чай,
Дым.
lugovskaya: (Default)
Ночь - загустевшая Лета,
Тлеющая листва.
Выдохну - и слова
Не доживут до рассвета.
Каждый желает знать,
Рассыпаясь спектрально...
Тень колонны ростральной -
Не до сна, не до сна -
Невесома, легка.
И весна - у виска.

Диалог

Sunday, 17 October 2004 05:55
lugovskaya: (Default)
- Порою правда опасней
Испытанного вранья
С девизом: "Лучшие басни
Для вашего соловья".

- ...Живую, горькую воду
В измятую флягу налью.
А ложь бедна кислородом.
И в ней - не жить соловью.

Стиш

Sunday, 17 October 2004 05:54
lugovskaya: (Default)
Если всплыву со дна
И обернусь на свет,
Вспомню ли имена -
Где не будет примет,
Где ни губ, и ни рук,
И ни взгляда в упор -
Только память и звук,
Ворожба, разговор,
И в огне письмена -
Прикоснись, позови!
Имена, имена -
Дорогие мои...

Слово

Friday, 15 October 2004 11:28
lugovskaya: (Default)
Слово "люблю" - лепетанье младенца: только не уходи!
Мне без тебя не прожить и часа, в крайнем случае, дня.
Только б уткнуться, только б угреться, важно ли, что впереди?
Буду я тёплым, буду я мягким - не уходи от меня!

Слово "люблю" - упоение властью: нет, не уйдёшь, моё!
Вот и ошейник лёгкий, узорный, вот поводок в руке.
Кроме меня, ты кому-то нужен? Кто говорит? Враньё!
Отгорожу стенами: я - рядом, прочие - вдалеке.

Слово "люблю" - увесистой гирей: дети, стабильность, дом.
Дом - моя крепость, градусов сорок; впрочем, стены прямы.
Песен не будет - только мешают преумножать трудом...
А соловьям и прочим стрекозам не пережить зимы.

Слово "люблю" - захлебнуться взглядом и глаза отвести,
И не окликнуть, не прикоснуться, даже боясь дышать;
Стих бормотать неуклюже, неловко: лишь бы не встать на пути,
И обессмертить - так, ненароком: лишь бы не помешать...
lugovskaya: (Default)
Я не сказочник. Никогда
Не плеснёт русалкой вода,
И эльфийским крылом свечи
Не поманит окно в ночи,
И клубочек, в чём спору нет,
Путь укажет - в пыль, под буфет,
А в шкафу платяном лишь моль -
Не единорог, не король;
И не скажет щука с тоской:
"Отпусти!" - а станет ухой,
И, мурча, подставит живот
Дневников не ведущий кот.

Надо мной - осенняя мгла.
И для сказки - нету тепла.
lugovskaya: (Default)
Привычно зардели клёны - стыдом октябрьским старым,
И дым - не Отечества, мусора - и мягок, и можжевелов.
А вот - кому аналитика? Я всё расскажу задаром,
Кивните лишь с благодарностью. И вправду - подешевело.

Я - кот Баюн, что засахарен в меду рахат-лукоморья
И славен уже не сказками - воздушными пузырями.
Прохожие! Кто поможет мне, водою шёрстку промоет -
Те станут счастливыми, мудрыми, диковинными зверями.

Коснитесь, дайте опору, хотя б на миг будьте ласковы,
На пень геоидный встаньте, узрите нездешните виды:
Зюйд-вест - там Ассоль к "Британии" несёт ожившая ласточка,
Норд-ост - Мандельштама спасают изысканные нереиды;

Карл Маркс побрился, порезавшись, резным Ойкумены краем,
Из рук, со стола, с картины прочь подгнивший скатился персик...
А осень берёт за горло. А ветер равно играет
И прядью волос любимых, и рваным флагом имперским.

Ещё стиш

Thursday, 7 October 2004 10:23
lugovskaya: (Default)
Моря ропот, рокот и рок.
Штормовое - предупреждали.
Захлестнёт, наломает строк
И прольётся былью и далью.
И стоять у края земли,
Пряча голову в панцирь... в плечи.
А за далью будет Дали.
Или что-то ещё похлеще.

Стиш

Thursday, 7 October 2004 10:00
lugovskaya: (Default)
Этот город - с ладони пить,
Прислонившись щекой к стволу,
И ловить, напрягая слух,
Ход ставриды в море и нить
Телефонных бесед: ведь связь
Здесь плохая. Событья, длясь,
Прорастают, как семена:
Потому что солнце, весна,
Чернозёма рыхлая плоть...
Этот город - как виноград:
Будешь пьян им - не виноват
Повторяемый гроздью плод.
В этот город - кто впишет миф,
Тот, глядишь, останется жив;
И легендой, морской волной
Живо то, что рядом со мной.
Побережье. Прибоя гул.
По бульварам - каштанов стук.
Знаешь, город, я ведь расту,
Мне недолго на берегу
Оставаться...
lugovskaya: (Default)
Взгляд не по-женски прям и упрям:
Ну же, заговори!
Горечь. Скрипенье оконных рам.
Ранние снегири.
Лёгок твой взгляд, улыбка легка -
Акварель, полутон.
Чистая нота - под облака.
Разве мне - в унисон?
Не помешать - лучу, роднику,
Горному хрусталю -
В звёздной ночи растворять тоску,
Повторяя: "Люблю".

Ещё стиш

Tuesday, 5 October 2004 10:11
lugovskaya: (Default)
С каждой смертью - мне хочется жить всё пронзительнее, всё осенней,
Вслед листам улетевшим - цвести, зеленеть, зеленеть;
И стрелою из лука ли, луковицы - но пробиться сквозь слой невезенья,
И друзей уберечь, и забыть о кровавой луне.

Мне оплакивать смерти - горчащей искристой росой ледяной:
Будет ветер играть этим бисером, роскошь сугробов сшивая
С той травой, что ещё зеленеет, живая, живая...
Ту, что выдержит всё, иногда называют весной.

Стиш

Tuesday, 5 October 2004 10:06
lugovskaya: (Default)
Год мой - грозою изорванный, раненый, похоронный -
Кленово-жёлтые марки лепит на ветровое стекло:
Оплачена (авиапочта) дорога. Всем посторонним
Занять места, пристегнуться, провериться на излом...
.. И даже когда мы рядом, зверьком осторожным не вздрогнет
В груди - то, что грело, пело, приплясывало, вело.

Мы дышим серою тучей - беззвучной, отёчной, ватной;
И лепестки-поцелуи прозрачны, словно слюда.
Мы - тени, плоские листья в осенней толпе невнятной:
Не отразимся и в лужах, не оставим следа.
И слово "люблю" таблеткою - округлою, белой, мятной -
Скользнёт под язык: жемчужина, боль, перламутр, беда.

Profile

lugovskaya: (Default)
Танда Третьей планеты

August 2017

M T W T F S S
 123456
7 8910 111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Expand Cut Tags

No cut tags

Style Credit